пятница, 17 октября 2014 г.

чужой отец

...Отец маму увидел и через неделю – на тройке. Приехал свататься. Поженились. Через год я родилась, а его забрали на Русско-финскую войну.

В бою ранили. Он рассказывал – лежали на поле, а финны ходили и добивали раненых. Он затаился, перестал дышать. Спасся. Потом, когда стихло всё, пополз, даже не знал куда. Заметили, наверное, финские пулеметчики. Очередью прошили ему плечи. Он потерял сознание.

Его нашли санитарные собаки. Он попал в госпиталь, в Ленинград. Ноги ему отняли, пальцы на руках...

Дед мой поехал к нему в госпиталь. И мама моя с ним. Хотя отец не хотел, чтобы она его видела. Он забинтованный был весь, одни глаза...

Потом госпиталь разбомбили, а маме пришла похоронка...

После войны мама вышла замуж, меня записали на отчима.

А в 46-м пришло письмо из России, от отца. Оказалось, он жив. Когда госпиталь бомбили, его взрывной волной выбросило. Представляете! Это везение или нет, не знаю...

Когда приехал он навестить родню, помню, меня повели с ним знакомиться. Я ведь его не видела даже ни разу.

Помню, захожу в избу, он сидит на кровати без ног, протезы рядом лежат, ещё не надел. В правой руке яблоко лежит, а пальцев на руке нет.

А около меня, справа, мельница стояла. Тяжёлая. Два круга таких и ручка, уже не помню, как это называется. Я за ручку схватилась, не отцепить. Смотрю на него, а подойти так и не подошла.

Больше я его никогда не видела.